Трещина во времени - Мадлен Л`Энгл

Когда на следующее утро Мэг разбудило дребезжание будильника, ветер все еще не угомонился, но за окном уже сверкало солнце. Гроза миновала. Она уселась в кровати и потрясла головой, стараясь стряхнуть остатки сна.

Несомненно, все это ей приснилось. Она была испугана ураганом и сплетнями про бродягу, вот ей и приснилось, будто она была на кухне и видела эту миссис Что-такое, которая так напугала и встревожила ее маму одним странным словом… Что же за слово это было? Тесс… Тесс-что-то там…

Она торопливо кинулась одеваться. Безжалостно скинула котенка с кровати на пол, чтобы поправить одеяло. Котенок потянулся, зевнул, жалобно мяукнул и потрусил вниз с чердака. Мэг, кое-как убрав кровать, тоже поспешила вниз. На кухне мама уже готовила тосты, а близнецы сидели за столом. Котенок лакал из блюдечка молоко.

— А где Чарльз? — спросила Мэг.

— Еще не встал. Как ты помнишь, ночь выдалась нелегкая.

— А я-то надеялась, что это мне приснилось, — промямлила Мэг.

Мама с нарочитой аккуратностью перевернула ломтики хлеба и только после этого ответила:

— Нет, Мэг. Не надейся. Это не сон. И хотя я понимаю во всем этом не больше твоего, одно мне ясно: вовсе не обязательно понимать какие-то вещи для того, чтобы они случились. Прости, если я напугала тебя своей реакцией. Но мы с твоим папой часто шутили насчет тессеракта.

— А что такое тессеракт? — тут же спросила Мэг.

— Это такая идея, — миссис Мурри поставила перед близнецами сироп. — Я постараюсь объяснить ее тебе позднее. А сейчас надо собираться в школу.

— Не понимаю, почему вы нас не разбудили! — посетовал Деннис. — Это нечестно. Мы же пропустили все веселье!

— Зато сегодня вы будете в школе не такие сонные, как я, — и Мэг взяла с блюда горячий тост.

— Да кому до тебя дело! — презрительно отрезал Санди. — Мама, если тебе так уж необходимо пускать среди ночи в дом всяких побирушек, то, по крайней мере, в следующий раз позови Дена или меня, чтобы было кому за тебя постоять.

— В конце концов, папа ждал бы от нас именно этого, — подхватил Деннис.

— Мы знаем, мама, какая ты у нас умная и все такое, — добавил Санди, — но все же ты не всегда понимаешь, что к чему. А Чарли с Мэг и того меньше!

— Ну конечно! Мы полные идиоты, — язвительно парировала Мэг.

— Мэг, ну почему ты вечно бросаешься в крайности? Вот, возьми сироп, — и Санди протянул его через стол. — Вовсе не обязательно все и всегда принимать только на свой счет. Знаешь, что такое золотая середина? Вот и попробовала бы ей научиться вместо того, чтобы бродить по школе с кислой рожей и делать вид, что все тебе до лампочки.

— Ты же сама себе все осложняешь, — присоединился к брату Деннис. — Точно так же, как Чарльзу Уоллесу будет несладко на следующий год, когда он пойдет в школу. Мы-то знаем, что он чертовски умный парень. Но когда он ведет себя так по-идиотски с другими людьми, они и начинают считать его идиотом. И я никак не могу вдолбить ему это в голову. Конечно, мы с Санди вышибем дух из любого, кто посмеет его дразнить, но толку от этого мало.

— Давайте сперва проживем этот год, а потом будем беспокоиться о следующем, — предложила миссис Мурри. — Еще тостов хотите?

Весь день в школе Мэг едва соображала, а в глаза словно насыпали песка. На общественных науках ее попросили перечислить основные объекты экспорта и импорта в Никарагуа, и хотя накануне вечером она старательно прочитала статью в учебнике, сегодня не смогла вспомнить из нее ни слова. Учительница не скрывала своего раздражения, а весь класс так издевательски хохотал, что она молча плюхнулась на место, сгорая от ярости.

— Кому какое дело до того, что там ввозят и вывозят из этого Никарагуа? — бормотала она.

— Если будешь грубить, Маргарет, тебе придется выйти из класса, — сказала учительница.

— Вот и отлично! — и Мэг вылетела в коридор.

На следующем уроке ее вызвал классный руководитель.

— Что возмутило тебя на этот раз, Мэг? — благожелательно осведомился он.

— Ничего, мистер Дженкинс, — отвечала она, не поднимая глаз.

— Мисс Портер сказала, что ты ей нагрубила.

Мэг молча пожала плечами.

— Неужели ты не понимаешь, что своим упрямством только осложняешь собственную жизнь? — спросил учитель. — Послушай, Мэг, я совершенно уверен, что если ты постараешься, то сумеешь перейти в следующий класс без проблем, но некоторые учителя так не думают. Тебе нужно что-то с этим делать. Никто не сделает это за тебя, — Мэг не проронила ни слова. — Как ты думаешь, Мэг?

— Я не знаю, что делать, — призналась Мэг.

— Для начала ты могла бы сделать домашнее задание. Разве твоя мама тебе не поможет?

— Если попрошу.

— Мэг, тебя что-то тревожит? У тебя неприятности дома?

На этот раз Мэг не выдержала и уставилась на него, привычным жестом поправив очки.

— У меня дома все прекрасно.

— Рад это слышать. Но я не сомневаюсь, что тебе нелегко дается отсутствие отца.

Мэг, машинально проведя кончиком языка по скобкам на зубах, окинула учителя настороженным взглядом.

— Вы до сих пор не получали о нем известий?

Мэг готова была поспорить на что угодно: под напускным сочувствием мистера Дженкинса крылось самое откровенное злорадное любопытство. Ах, как бы он был рад узнать что-то первым! Да она скорее лопнет, чем скажет ему хоть слово об отце!

Та тетка на почте отлично знает, что прошел почти год с того дня, как они получили последнее письмо, и уж она-то не стеснялась трепаться об этом со всеми подряд, заодно излагая свои уродские домыслы по поводу причины столь странного молчания.

Мистер Дженкинс вежливо умолк в ожидании ответа, но Мэг только пожала плечами.

— А чем, собственно, занимался твой папа? — поинтересовался мистер Дженкинс. — Он был кем-то вроде ученого, не так ли?

— Он был физиком-теоретиком, — Мэг так осклабилась, чтобы были видны ее ужасные скобки.

— Мэг, а тебе не кажется, что тебе будет легче идти по жизни, если ты научишься принимать факты такими, какие они есть?

— Я очень люблю факты, — отрезала Мэг. — И могу вам признаться, что иметь дело с фактами намного легче, чем с людьми!